Переживши кому через голод, маленька Ліза Григор’єва вже наїла круглі щічки

Один за всіх

Героиней одного из выпусков проекта «Один за всіх» стала Анастасия Григорьева – молодая мать, которая в состоянии тяжелой депрессии после конфликта с мужем оставила трех маленьких детей умирать от голода в закрытой квартире. Ранее мы уже публиковали интервью с волонтером Анастасией Ковдрей, которая рассказала о состоянии здоровья 4-летней Даши и 3-летнего Димы. А теперь состояние полуторогодовалой Лизы, которая пережила мозговую кому, для сайта СТБ прокомментировала волонтер Юлия Руднева.

Юлия, угрожает ли сегодня что-нибудь здоровью Лизы?

Слава богу, нет. Изначально у нее было самое тяжелое состояние. Лиза попала в реанимацию, а потом ее перевели в педиатрическое отделение. Но уже завтра ее должны перевезти из Днепропетровска в родной Днепродзержинск. Клинические анализы говорят о том, что Лиза практически здорова. У нее сильный иммунитет – возможно, свою роль сыграла генетика. Впрочем, сейчас рано строить какие-либо прогнозы. В дальнейшем у девочки могут быть выявлены последствия гипоксии. Но сейчас Лиза выглядит, как нормальный годовалый ребенок.

Сколько она весит?

Больше 9 кг. Это очень хороший показатель, ведь в больницу она поступила с весом в 6 кг. В общем, девочку потихоньку откармливают. Теперь у нее каждый день полноценное питание. К тому же, ей ввели прикормы. Лиза налегает на каши, супы, мясо. Дополнительно я с другими волонтерами приобрела для нее специальные смеси – «Ресурс Юниор», которые назначают деткам в очень тяжелом состоянии. Пока могу, делаю все возможное, а в дальнейшем Лизой будут заниматься волонтеры в Днепродзержинске.

Юлия Руднева и Лиза Григорьева

Юлия Руднева и Лиза Григорьева

А вы разве не будете ее навещать – от Днепропетровска же всего полчаса езды…

Да, это не сильно далеко, так что я буду приезжать к ней по мере возможности. Было грустно, когда я узнала, что ее переводят. Ведь до прошлой недели я навещала ее каждый день. Потом была организована группа волонтеров: с четырех до семи часов вечера к ней приходили наши ребята. Если нужно было – помогали покормить, переодеть. Лизу нужно брать на руки, играть с ней, ухаживать. Она еще не такой ребенок, которому можно дать конструктор и пускай сам развлекается. В отделении детей очень много, а персонала мало. Я, кстати, хочу сказать спасибо заведующей больницей, которая пошла навстречу и разрешает волонтерам навещать Лизу. Она мудрая женщина и понимает, что у медработников нет достаточного количества времени, чтобы уделять полноценное внимание ребенку.

С едой, как в прежние времена, у Лизы больше нет проблем. А как ее психическое состояние? Девочка вообще улыбчивая?

Я не могу сказать, что она все время счастливая и жизнерадостная. Она просто еще очень маленькая. Но если ей постоянно уделять внимание, у нее хорошее настроение – улыбается. И потом: мне трудно судить, ведь я не знаю, какой Лиза была до того, как оказалась в больнице. Ее мама говорит, что она ходила. Но сейчас мы видим девочку, которая только начинает учиться это делать – у нее пока еще слабые мышцы. Медработники и волонтеры берут ее за ручки – так она делает свои первые шаги. Лиза уже стоит в кроватке, у нее появились щечки. Сейчас Лиза набрала 50 процентов того веса, который у нее был прежде – питание усваивается хорошо. Мы надеемся, что ребенок скоро будет полностью здоровым. Но ей нужен уход и правильное питание. Мы стараемся это обеспечить, пока она в Днепродзержинске. Но как дальше сложится ее судьба, как мы сможем о ней заботиться после переезда – пока трудно сказать. Мы все ждем суда.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Девочка обвиняет старшую сестру в своей инвалидности

Юлия Руднева и Лиза Григорьева

Юлия Руднева и Лиза Григорьева

Уже известно, когда он состоится?

Пока нет. И это же будут два параллельных процесса – суд над родителями и суд по поводу лишения их родительских прав. Этим заведуют разные инстанции – милиция и социальная опека.

А как складывается судьба старших детей – 4-летней Даши и 3-летнего Димы?

Диму забрали в детский дом в Днепродзержинске. А Дашу перевили из урологии в гастроэнтерологическое отделение. Волонтер Настя постоянно ее проведывает. В общем, пока дети не будут здоровы, они будут в больнице. Потом их направят в детский дом до решения суда.

Как вы думаете, есть ли у всех троих детей Анастасии Григорьевой шанс оказаться в итоге под одной крышей?

Насколько я знаю, можно взять опекунство только над тремя детьми сразу. Поэтому они будут жить вместе, если их усыновит одна семья или суд даст опекунство отчиму Анастасии Григорьевой, как он этого хочет. Если же отчим не получит положительный ответ, дети будут жить порознь – у них разный возраст. Просто в зависимости от возраста ребенок попадает или в дом малютки, или в детский дом, или в интернат.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Парень с ДЦП выжил и стал параолимпийским чемпионом

Вы общались с отчимом Анастасии Григорьевой лично – на ваш взгляд, ему можно доверять?

Я бы не хотела брать на себя ответственность – пусть это решает суд. Мое дело – помогать детям расти здоровыми и счастливыми. Допустим, я скажу, что отчим будет им хорошим опекуном, а он не оправдает доверие – понимаете, мне будет стыдно перед собой… Поэтому я лишь могу сказать, что у меня пока нет каких-либо негативных впечатлений от отчима. Мы даже наводили о нем справки. Он работает бригадиром слесарей на Днепровском металлургическом комбинате – коллеги отзываются о нем хорошо.

Юлия Руднева

Юлия Руднева

А он приезжает навещать Лизу?

Он часто звонил мне и интересовался ее здоровьем. Тут вот какое дело. Мне было тяжело добиться того, чтобы меня к ней пропускали. А отчима мамы Лизы не пускают к девочке в принципе. Если бы он был кровным родственником, может, было бы по-другому. Помню, в больнице так и говорили, что он может прийти, но его попросту не пустят.

Помогает ли он деньгами на лечение девочки?

Все деньги, которые мы тратим, идут от волонтерских сборов. Вообще до того, как познакомиться с детьми Анастасии Григорьевой, я занималась организацией помощи военным АТО. Но потом я узнала о том, что пережили эти дети, и просто не смогла остаться в стороне. Когда я впервые пришла к Лизе, то в реанимации мне сказали, что какой-то мужчина уже взял список лекарств, которые нужно приобрести. Позже выяснилось, что я знаю этого мужчину – мы с ним знакомы по волонтерской деятельности в АТО. В результате мы сообща начали заниматься детьми Анастасии Григорьевой. Но у него очень большая загрузка, и так случилось, что постепенно я взяла ответственность на себя.

Вы же говорили, что вам помогают и другие волонтеры…

Да, небезразличных людей много. Например, я знаю волонтеров, которые координируют помощь раненным в АТО в днепропетровской больнице Мечникова. У них есть большая база людей – я использовала ее, чтобы найти сиделок для Лизы и Даши. Ведь Даше после операции тоже нужен был уход. С ней должен был кто-то ночевать. Отчим приходил к ней только после работы. На остальное время мы находили людей, которые дежурили рядом с Дашей.

Анастасия Григорьева

Анастасия Григорьева

Интересно, что вы думаете о самой Анастасии Григорьевой?

Я общалась с ней лично. И у меня немного другое впечатление – не такое, как у большинства телезрителей, которые просто видели сюжет по телевизору. Я ее не оправдываю – суд, конечно, должен лишить ее материнских прав. Это нужно хотя бы для того, чтобы все остальные мамы понимали, что так, как Анастасия Григорьева, поступать нельзя. При этом я вижу, что у большинства людей очень много дикой агрессии по отношению к ней. Мне ее даже жалко в какой-то степени. Такое ощущение, что она долгое время находилась в состоянии глубокой депрессии. Да, многие женщины самостоятельно воспитывают детей без помощи мужчины – ей же это не удалось, она опустила руки. Я ее спрашивала: «Что ты чувствовала, когда закрывала за собой двери, за которыми остаются твои дети, неспособные пока самостоятельно за собой ухаживать?» Ее ответ был прост: «Я ничего не чувствовала». А когда я спросила, понимала ли она, что могла, вернувшись, не застать своих детей в живых, она ответила, что об этом даже не думала. Кстати, сейчас она говорит, что очень скучает по детям…

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Мужчина насиловал дочь на глазах у людей

А что отец детей – участвует ли он как-то в их реабилитации?

Он общается только с матерью детей по телефону – берет трубку только от нее. Было время, я хотела встретиться с ним и поговорить, но ничего не вышло. Почему-то принято считать, что если отец бросает семью – это в порядке вещей. Мне такой стереотип не нравится. Поэтому мы будем добиваться, чтобы наказание понесла не только Анастасия Григорьева, но и отец детей, которые чуть не умерли от голода.

Если вы хотите помочь Даше, Диме и Лизе, ниже телефон отчима матери детей (Насти): +38(066)025-68-30 Орлов Вадим

ВІТАННЯ!
Будь ласка, допоможіть нам покращити сайт -
поставте 3 чесних галочки:

1. Я готовий щомісяця платити за доступ до сайту без реклами:

2.

3. Мені

Будь-ласка, заповніть всі поля